Прообразы, символы, намеки, прототипы, детоводители — сколько их в жизни? Поворот вправо: цветы — символ беззаботности. Шаг влево: тропинка — иллюстрация узкого пути. Зажмуришься на солнце — лучи шепчут: «Там светильником будет Сам Агнец». Прообразов вокруг нас много, больше, чем звезд в ночном эфире и песчинок на берегу морском. Кстати, о песчинках. Взрослые давно забыли, что они горстями рассыпаны в детских сказках. Впрочем, на то мы и взрослые, чтобы не верить в Нарнию, Изумрудный Город, Инсектопию и прочую дребетень Небесного Иерусалима. Стоп! Об этом позже, сначала побалуемся песчинками. Итак, я открываю сборник всем известных сказок и-и-и, смотрите, они посыпались: «Посадил дед репку, выросла репка сладка, крепка, большая-пребольшая». Только когда все потянули, смогли ее, родимую, вытянуть. Перед нами не что иное, как блестящий символ соборности всех верующих. Хорошо, перелистываю страницу и читаю триллер про миссионера Колобка, съеденного заживо Рыжим каннибалом. Так и не сумев выжать скупую слезу, перехожу к следующей истори о милом существе, бывшем в мире, но бывшем не от мира. Да, да вы не ошиблись, я говорю о гадком утенке. Перекинув обгрызанную кошкой страницу, от всего сердца сопереживаю грустному Карло. Ах, Папа, где же твой блудный сын Буратино? Известно где, там же где и мы, в стране дураков, в клещах Кощея (пардон — это образ Сатаны из другой сказки), в руках Карабаса — человека-кукольника, в лапах хромого спринтера и зрячего слепца. Но ура! подобно нам, у Буратино есть надежда — золотой ключик, особое откровение волшебной страны, скрывающейся за нарисованным очагом.
Распахнулась форточка — прообраз пробуждения — ворвался ветер, страничка перевернулась, и я на чердаке, в гостях у Карлсона: доброго в меру упитанного, но живущего для себя христианина; решаю проблему спасения рядового верующего Малыша от законнических домомучительств фарисея Фрекенбок. Друзья, вы слышите перезвон дребетени? Красивая мелодия? Не правда ли? Я очень люблю эту музыку. Для меня вера в сказочную дребедень — это не пройденный этап жизни, это индикатор моей способности верить в вещи, более фантастичные, чем лампа Аладдина. По мне, человек, не верующий в королевство кривых зеркал, — слепец, в упор не видящий своей и мировой греховности. Такому бедолаге нужно покаяться и превратиться из щелкунчика в подобие Божие, но о всяком тщеславно заявляющем: «Я вышел из детского возраста» сама жизнь посмеется словами: «А король-то голый!». Есть также сонм людей, обожающих сказки, но живущих так, словно они их никогда и не читали. А между прочим, сказка, как мне кажется, кое к чему обязывает. Библия предупреждает: «Кому много дано, с того много и спросится». Скажите, знать о любви Герды и ненавистном зеркале тролля — это много или мало?
Прообразы, символы, прототипы — все это тень существенного, главного. Мудрые сказочки с горкой наполнены всякой дребетенью. Тот, кто не видит жизнь сквозь линзы детства, кто не способен по достоинству оце¬нить крупицы Божественных откровений, сможет ли поверить в Реальную «сказку», с РЕАЛЬНЫМ ВОЛШЕБНИКОМ и РЕАЛЬНЫМИ НЕБЕСАМИ?
Ответ дан в Библии.
«И сказал: истино говорю вам, если не будете как дети, не войдете в Царство Небесное».
(Мтф. 18: 3)
Константин Харитонов
Life pro bono — №02.06.2005
Похожие материалы:
Нет похожих текстов, но возможно Вам будет интерестно это: Видео: Royal Canoe — Hold Onto the Metal
